Головна > Правова допомога > Как увидеть нарушения Конвенции в каждом своем деле

Как увидеть нарушения Конвенции в каждом своем деле

Каждому адвокату или юристу в Украине полезно и выгодно иметь при себе условные очки с линзами практики Европейского суда по правам человека, с помощью которых они смогут смотреть на свои дела.

Недавно мне написал коллега, адвокат с двадцатилетним стажем: жена не может видеться с клиентом, который более двух лет содержится под стражей в СИЗО,…как на это смотрит Европейский суд, и будет ли это основанием для жалобы в ЕСПЧ?

Как обычно адвокат оценивает такую историю с подзащитным: “…согласно” таким-то статьям Конституции «особа має право…» и такими-то статьями УПК «…передбачено…» и далее по тексту. Для него очевидно нарушение 8 статьи Конвенции  (права на уважение семейной жизни) и он готов жаловаться в Страсбургский суд немедленно. Но, если такое заявление полетит во Францию на этой стадии, оно будет признано неприемлемым. Почему?

Надеваем голубые очки Европейского суда и видим: потенциальное нарушение действительно есть, но дал ли заявитель (его адвокат) государству-ответчику (Украине) шанс решить проблему клиента со свиданиями? Нет! Он даже не сообщил СИЗО, национальному суду и/или любому другому агенту государства, что эта проблема вообще его беспокоит. Заявитель (его адвокат) не исчерпал все средства национальной защиты, поэтому ЕСПЧ признает такое заявление неприемлемым. Поэтому сначала обращаемся в украинский суд с требованием разрешить свидания с родственником/супругой и ссылаемся на право, гарантированное Конвенцией и релевантную практику ЕСПЧ. Если суд отказал, обжалуем такое решение в высший суд (в случаях, где это возможно) и только после этого готовим жалобу в ЕСПЧ.

Но украинский закон дает право только на краткосрочные свидания в СИЗО, а о долгосрочных не говорит ни слова – продолжает аргументировать адвокат.

И снова надеваем очки Евросуда.

Суд рассматривает утверждения о нарушении права на уважение семейной жизни с помощью определенного теста:

1. Имело ли место вмешательство государства в такое право?

2. Было ли оно осуществлено на основании закона?

3. Преследовало ли оно легитимную цель? Было ли пропорциональным? Качественный ли закон, который регулирует эти вопросы?

4. Было ли такое вмешательство государства необходимым в демократическом обществе.

Из этого теста видно, что даже если вмешательство государства (запрет свиданий) осуществлялось «на основании национального закона», рассмотрение потенциального нарушения не прекращается. Суд оценивает цель, пропорциональность и другие условия, и в итоге приходит к выводу о нарушении. Если закон нечеткий (двусмысленный, не урегулировал полномочия чиновников или др.), ЕСПЧ признает нарушение, и даже не будет идти дальше по тесту и оценивать было ли вмешательство необходимым в демократическом обществе в обстоятельствах дела заявителя. Кроме того, Суд неоднократно повторял в своей практике, что не связан в своих рассуждениях и выводах толкованиями положений национального законодательства.

Именно так ЕСПЧ будет смотреть на эту историю.

А умение юриста применять «евроочки» позволяет действовать стратегически: подавать релевантные жалобы на национальном уровне, правильно исчерпывая средства защиты, готовить устойчивую площадку для будущей жалобы в Страсбург и, в конечном счете, увеличить свой заслуженный гонорар.

Или другой пример.

Юрист представляет интересы луганчанина, у которого во время вооруженного конфликта на Донбассе в 2015 году отжали бизнес: “…клиент потерял более 1 000 000 долларов…зашли вооруженные военные и забрали всю технику, автопарк, кассу и вообще все… и кому тебе предъявлять претензии?”.

Он очень толковый юрист, как говорят, съел собаку при работе в судах, но рассуждает так: «…военные были без опознавательных знаков; происходило все, когда по Луганску наматывали круги танки; представителей украинских властей там уже не было; компетентных судов и до сих пор нет; а хотя из уст людей в камуфляже и вылетали «поребрики», Россия же говорит, что «ихтамнет», значит и плакали денежки клиента…, предъявлять некому…».

Снова берем очки Евросуда и смотрим на это дело.

История с оккупацией части территории одного государства другим не нова для Европейского суда по правам человека. Он даже издал целых два сборника о вооруженных конфликтах между странами-подписантами Конвенции и экстерриториальной юрисдикции. Там говорится о юридическом контроле территории государством, в нашей истории – Украина, и о фактическом контроле территории, в случае Донбасса – Россией, а также об обязательствах обоих стран-участниц конфликта соблюдать права человека. В данном случае – право на мирное владение имуществом, право на жизнь, эффективное расследование и тп.

Но, говорит он, как же обязательство судиться во всех инстанциях перед тем, как жаловаться в Страсбург? …в каких судах?…в России что-ли?

Если смотреть на это сквозь линзы Евросуда, то история, рассуждения и действия будут совсем другими: жил человек, делал бизнес и платил налоги. Вдруг пришли люди с автоматами, выгнали из дома и забрали у него все накопленное. Участники этого конфликта две страны – Украина и Российская Федерация. Эти вооруженные люди – преступники, значит работает уголовное законодательство обеих стран. Плюс, раз не война для Украины, а АТО, то используем еще и Закон о борьбе с терроризмом. Подаем заявления о преступлении в прокуратуру. Ответ прокуратуры РФ, что «ихтамнет» – прекрасное доказательство для ЕСПЧ, что вы сделали все возможное, чтобы исправить нарушение на национальном уровне для государства-ответчика Россия, но эти средства защиты оказались неэффективными. А ответ прокуратуры (или СБ) Украины о том, что дело возбудили, но поскольку история произошла на неконтролируемой территории они не могут расследовать дело должным образом – достаточный аргумент для того, чтобы показать неэффективность расследования (пусть и объективную, обязательства защищать частную собственность, расследовать преступления и компенсировать вред никто не отменял). Так, луганчанин сделал все, чтобы добиться восстановления нарушенных прав, но не получил этого. И тут – прямая дорога в Страсбургский суд. А без евроочков все казалось таким серым…

Вот и получается, что практику и процедуру Евросуда можно и нужно применять в делах по защите украинцев и украинского бизнеса еще в национальных судах.

Конечно, слово “очки” в этой статьей – это метафорический образ, но с помощью него можно быстро и доступно прояснить то, как подход через призму ЕСПЧ к одной и той же ситуации, меняет стратегию и действия по делу.

Украина последние три года – лидер по количеству жалоб, которые находятся на рассмотрении в Европейском суде по правам человека. Современные вызовы – аннексия Крыма, война на Донбассе, люстрационные процессы, повсеместные реформы, пилотные решение против страны и огромная масса дел, которые еще не рассмотрены – лишь увеличат поток жалоб в Страсбург. К тому же, применение практики ЕСПЧ – сегодня тренд. Но грамотное ее применение, скорее исключение, чем правило. По этим причинам удачное использование условных окуляров Евросуда – настоящее преимущество, которое выгодно выделяет вас среди конкурентов, помогает выстраивать долгосрочные отношения с клиентом и служит отличным источником рекомендаций.

Автор консультации: Крістенко Андрій

©

Please follow and like us: